Я работала в египетском отеле | karandasha.ru

В 2010 году я работа в египетском отеле в Хургаде на ресепшне спа-центра. Это был совершенно уникальный опыт, о самой негативной части которого я рассказываю в этом посте. Много текста, но история практически детективная.

Собеседование в египетский спа-центр

Я приехала в Египет в 2010 году в надежде найти работу в туризме и провести год у моря. После долгих поисков подходящей работы в турфирмах я пришла в офис сети спа-центров, расположенных на территории отелей. На тот момент в Хургаде было 2 крупных сети и сотрудники кочевали из одной в другую. В офисе толпа соискателей, но в отличие от «мы вам позвоним» в других конторах, тут брали всех. По крайней мере, иностранцев точно.

Вакансии

  • для египтян: кассир (мужчина), массажисты (обоих полов) и sales-менеджеры (обоих полов). Последний вариант только для египтян, владеющих языками. ⠀
  • Для иностранцев: ресепшионист (женщины), sales-менеджеры (обоих полов).

Я не умею знакомиться, поэтому в продажи даже не пыталась. Я б в ресепшионисты пошла, пусть меня научат!

Заполнила анкету на английском, где спрашивали какая у меня была зарплата на прошлой работе. Так оценивалась квалификация. Хорошие сапоги, надо брать. Тысячу долларов получал, хороший работник.

Указала, что знаю английский и только. Меня вроде даже в тот момент не спросили, что у меня с визой. Потом было трехминутное собеседование с менеджером, который сообщил условия:

зарплата пятьсот долларов, выплаты дважды в месяц, работа с 9 до 19, один выходной раз в 2 недели, если менеджер отпустит (нет). Иметь белую обувь и белые брюки, а белую форменную футболку дадут на месте.

Объяснил, как найти отель. Без адресов и номеров домов это какой-то топографический ад. Ждем на работу завтра утром.

Собеседование происходило в восемь вечера. Я слегка опешила, что завтра уже на работу в белых тапочках с утра. Где их взять-то. 

Так начались мои приключения в отеле сети Санрайз.

Надо было заподозрить, почему так легко нашлось место. Других новичков ставили стажером к действующему ресепшионисту, пока подберут отель. ⠀

Но в Санрайзе менеджером была мегера из фильмов про египетских мумий. Пробудившееся древнее зло, с которой работать не мог никто.

Встреча с мумией

Ее звали Марьям, невысокая, каштановые волосы стянуты в хвост толщиной с мою руку, на запястье татуированный крест — отличительный символ коптов, египетских христиан. У нее все было выдающееся: попа чемоданом, пухлые губы, длинные ресницы, красивые волосы, огромные глаза. Когда она хлопала ресницами и улыбалась, мир преображался, люди теряли дар речи, выглядывало солнце, распускались цветы и пели птицы. Она это, конечно же знала. 

Но кроме этого она наверняка знала, что она та самая мумия из фильма ужасов, пробудившееся древнее зло, которое кто-то выпустил из пирамиды. Никогда после я не встречала человека, который так мог манипулировать всеми. Прошло много времени, прежде чем я познакомилась с Хебой, которая не поддалась на чары Марьям.

Марьям сделала карьеру из массажистки в супервайзеры, и ее пообещали повысить до менеджера, директора. Но эти обещания были условными и египетскими. Супервайзера ей не дали в помощники, ресепшионисты сбегали, поэтому Марьям сидела один на один с массажистами и всячески самоутверждалась. По сути так она и осталась старшей массажисткой, просто в конторе без директора.

Наблюдая всеобщее помешательство, первое время я робела перед ней. Не знаю, как так вышло, но симпатии к ней у меня не появилось. Потом, когда я осознала всю глубину ее характера, чернее черной черноты бесконечности, я всерьез поверила, что это нечеловеческое чучело по ночам оборачивается в какого-нибудь коршуна и может прилететь ко мне домой, чтобы выклевать мне мозг. Я думала, этот древнеегипетский дух всемогущ. Это вам сейчас смешно, а тогда я была ошарашена в кругу восторженных ее почитателей.

Только представьте, мне было 23, ей примерно также, но она сразу обозвала меня цыпленком и вещала с высоты своего ума и опыта. 

Она периодически кричала на сотрудников. Больше всех доставалось уборщику, хотя это был милейший мальчик, самый трудолюбивый в коллективе египетских лентяев, вежливый, улыбчивый и тихий. Подозреваю, что ему не было и 18, но надо работать и помогать семье. В деревне осталось много младших братьев и сестер. А тут в отеле работал какой-то его дядя, вот и пристроили парня.

Мне было очень неудобно, за минимальное человеческое отношение его переполняла благодарность к людям. Менеджер даже не здоровалась и не смотрела на него, не считая моментов, когда орала как ненормальная или раздавала пинки.

А я улыбалась, несколько раз поздоровалась с утра “сабахэльфульчик”, сказала спасибо, когда вымыл пол под моим рабочим местом и все. После этого Ахмедушка выписал безлимитный абонемент на вынос мне чая в конце обеденного перерыва. Такое негласное правило касалось только начальства. Как только менеджер пяти отелей на порог, ему сразу чарку с чаем. Менеджера точки угощали чаем не всегда, и наша Адская Сотона раздражалась и требовала уважения.

Она любила топать ногами и ее огромные глаза вылезали из орбит. Хочется употребить тут слово “вылазили”. А я пила свой чай без напоминаний. Потому что я вежливая и известный водохлеб, это просек даже египетский уборщик. 

Впрочем, я его пила, а Марьям за это орала на меня как помешанная, прибегала с проверкой прицепиться к чему-то, хватала мои документы со стойки, бросалась проверять, швыряла, они рвались, она начинала орать на меня, что я порвала собственность компании.

Честно? Я была в изумлении. Я молчала и не отвечала Марьям, потому что ну это запредельно же. Рвать и потом орать, что порвано.

Волшебная перемена происходила, когда туристы или начальство переступали порог. Марьям поворачивалась, расплывалась в улыбке и пели птицы. В ответ все улыбались и жмурились от удовольствия. В мире наступало благоденствие и золотой век.

Суть работы на ресепшне египетского отеля

Моя работа заключалась в том, чтобы сидеть за стойкой с карандашом, ручкой, ластиком и большим отрывным альбомом формата А3, на одной странице которого была таблица на один день. В строчках указано время с 9 до 19, в столбцах имена массажистов. Моя задача была записывать людей на массаж. Вписывать в клеточку номер комнаты отеля и название программы спа. Это самое главное в моей работе. Марьям разрешала вписывать только карандашом, потому что вдруг все изменится и в тетрадке будет грязь. Вечером она отрывала лист, заворачивала в него вырученные деньги и уносила это в главный офис. Помарки в бумажке в ее представлении были самым страшным грехом.

Поэтому еще одной задачей было аккуратно стирать карандаш и вписывать потом ручкой. А еще каждое утро заполнять именами массажистов столбцы. Они часто менялись, приезжала подмога из других отелей, кто-то увольнялся, уезжал домой в деревню. Еще я заведовала журналом учета рабочего времени, надо было следить, чтобы приходящие сотрудники вписали там свое время прихода и ухода.

Социальная часть работы заключалась в том, чтобы беседовать с туристами. Рассказывать про спа и массажики. И даже втюхивать. Обожечки. Единственная радость, что в спа люди заходят уже целенаправленно, с интересом. Тех, кто ожидает своей очереди, а вдруг произошла накладка и они вынуждены сидеть, надо развлекать разговорчиками, чтобы время пролетело незаметно. Это был кошмар, не считая Марьям, это была самая ужасная часть работы. Я же вижу, не все люди хотят, чтобы к ним приставали. И если у египтян в этом плане эмпатия не работает, они лезут ко всем, то я же вижу и меня ломает выдумывать вопросы, когда люди отвечают односложно. Если я этого не делала, Марьям заходила за стойку ко мне и адски щипала меня за бок, шипела в ухо “что ты молчишь, давай разговаривай”. Позже, после обряда экзорцизма и изгнания дьявола, насильное приставание к людям у нас не практиковалось.

Деньги и зарплаты египтян

Моя зарплата составляла пятьсот долларов. Съемная квартира стоила сто, это была большая традиционная египетская квартира с двумя спальнями и еще одной пустой комнатой. И сто долларов это дороговато.

Египтяне в отеле и мои коллеги получали сто долларов оклад и до трехста вместе с чаевыми (бакшишем). В отелях самого высокого уровня египтяне получали двести и держались за эту работу из-за высоких чаевых. Туристы из Барнаула не оставляли такой бакшиш, как норвежские дамы. В пятизвездочном Альбатросе  можно было поймать сто евро чаевых за хороший массаж в конце отпуска. В Санрайзе же дама подарила диск Стаса Михайлова.

То есть мне получить работу за пятьсот долларов просто за свое иностранное лицо даже если и нелегальное — это оскорбительно для местных. И я их понимаю. Мое собеседование за три минуты и такая зарплата были недоступны египтянам при такой же квалификации и сложности работы. Нулевой сложности, я же заполняла табличку карандашом. Не зря потом, в 2011, произойдет революция, а пока я успела поработать.  

Еще одна причина, почему мне так легко удалось устроиться на работу — языки. Не, не мои. А всех остальных. В Хургаде было засилье русскоговорящих девушек, ищущих работу. Но многие из них знали только русский. Туристов тоже было очень много, многие отели целиком выкупались российскими туроператорами, считались «российскими» и стафф туда ставили тоже русскоговорящий. 

А вот в других отелях частенько не хватало иностранных работников. Живущие в Хургаде европейцы работали sales-менеджерами, потому что моей зарплаты им мало, а на продажах они получали до полутора тысяч долларов.

Так и вышло, что отель, в который попала я, был немецкий. Еще можно было потерпеть, но с такой начальницей ситуация усугублялась. Она требовала вести беседы с туристами, поэтому оттуда работники бежали. И меня взяли за секунду.

Немецкого я не знала, если что. За первые 2 недели я освоила привет-пока-спасибо-пожалуйста, дни недели, время. Все это нужно было, чтобы записать немецкую бабушку из комнаты 231 на массаж в среду в 12-45. С остальными я вела беседы на английском. 

Драка на линейках

Первые дни Марьям очень волновалась, что я допущу ошибку, поэтому триста раз рассказала мне, как заполнять табличку. Я про себя закатывала глаза. Когда ты по специальности информатик-дизайнер и уволился с работы, где в трудовой написано “программист по поддержке сайта” (ладно, формулировка так себе), а тут тебе объясняют, как заполнять школьный дневник. Она стояла надо мной и смотрела, иногда тыкая в лист линейкой, сюда пиши. Обычно я притормаживала на моменте “разобраться, кто какой сотрудник”, из 5 парней четверых зовут Ахмед, поди разберись, у кого какое отчество.

В Марьям в очередной раз бурлила ненависть, это было ее обычное состояние, но закипала она всего 2-3 раза за смену и тогда искала, куда выместить. И тут я с листом, тогда она этой линейкой вместо того, что ткнуть, дала мне по рукам. Я ей сказала, что она совсем поехавшая, но слова на нее никогда не действовали. Ей понравилось страшно, поэтому ближайшие 3 дня она лупила меня линейкой по рукам. Пока я не отняла у нее линейку и не замахнулась. Сейчас не понимаю, почему я 3 дня терпела. Сейчас-то у меня бы воспылало сразу.

При всем этом она была тупая как пробка. На большую часть вопросов от туристов она ответить не могла, организовать ничего не могла, как поставить 4 стула вдоль 4 стен, чтобы у каждой стены стояло по 2 стула — это вот не ее конек. Она сразу улыбалась, чем напоминала мне питона из Маугли. Пшшшш ты не задавал мне вопрос, пшшшш, улыбаемся, птички поют, твои веки тяжелеют, солнце светит, ты счастлив, иди, откуда пришел.

Для меня это было удивительным открытием: можно иметь пониженный интеллект, отсутствие общей эрудиции, но быть хитрым и изворотливым человеком. Если улыбка не помогала, то Марьям поворачивалась и за каким-то делом уходила к дальней стене, потом возвращалась. Собеседник имел возможность насладиться зрелищем равномерного покачивания вьюков на горбу верблюда, пересекающего пустыню. То есть ее грандиозной попы. И забыть все свои горести.

Был у нас и начальник выше ее, менеджер ячейки. Он каждый день обходил свои владения, пять отелей и появлялся у нас. Менеджер был ответственен за мою адаптацию в этой египетской конторе, а потому спрашивал, как у меня дела. Я сообщила, что Марьям меня бьет вообще-то. Он ответил, что она просто так переживает за меня и хочет, чтобы я стала первоклассным ресепшионистом. И я просто не понимаю менталитет восточных женщин, она никогда меня не ударит, просто это эмоции. И взгляд его затуманился, а лицо приобрело блаженное выражение. Ага, еще один гипнотизированный, подумала я. Сидит в райских кущах. Может Марьям газ пускает из своего чемодана. Тут я увидела, что на запястье у него крест. Нате вам, шайка! 

Менеджер присаживался на диван, перед ресепшном, радушно улыбаясь из спа выходила она, шла к нему, усаживалась на подлокотник и начинала что-то тихо и очень медленно говорить над ухом. Запомните, это самый секс. «Бубубу» неторопливо, будто пыльным мешком прибитая. А голос и так низкий, а если медленно и тихо говорить, то еще ниже. Полный восторг, в общем. А менеджер этот был мне, в общем-то, очень симпатичен. Приятный мужчина, но внушаем. 

Потом они с Марьям поженились. И мне до сих пор безумно интересно, в какой момент он узнал, что большую часть дня она орет, как невменяемая, и ей всё постоянно не нравится, она может кинуть чем-нибудь в человека или унизить прилюдно. Удачи ему.

Менеджер сменился на доброго и пожилого мистера Хасана, который в силу возраста был невосприимчив к чарам нашей красотки, разговаривал со мной и давал мне выходные.  Марьям официально стала директрисой спа, а на место супервайзера повысили массажистку Хебу. И жизнь моя на работе наладилась. Хеба заняла любимое место Марьям сзади моего стула, где наша мумия могла незаметно раздавать мне пинки. Обязательно при туристах, чтобы я не начала орать на нее. Так что я перестала получать щипки, осмелела, и мы затеяли возмездие во имя Луны.

Жадность дракона из Эребора

Все уже поняли про дурманяющую улыбку Марьям? Она ею пользовалась не только для начальства. Но еще и раздавала туристам. Российские женщины при мне потом взахлеб обсуждали, что египетские женщины красивее Нефертити, приветливые, спокойные, молчат, улыбаются, говорят тихо и медленно. Не то, что на базарах. Нет, вы вдумайтесь. Египтяне. Говорят тихо. И медленно. Еще скажите руками не машут. И женщины не бьют себя по щекам. И не кричат «йалахуиии» и «йахребетак». Конечно, такого не бывало, она прикидывалась. Зачем она еще и перед женщинами что-то из себя строила?

Марьям жадная до золотишка, как дракон из Эребора. Она проявляла невероятную любовь к дамочкам, говорила им все то, что обычно говорят египетские мужчины, про звезду в небе, красу, луну на моем небосводе, и как она будет скучать. Регулярно интересовалась, когда они уезжают и сокрушалась, ой как я без вас. Это повторялось каждую неделю. В конце недели она обнималась с ними, целовала в обе щеки, получала чаевые, все местные деньги, что остались у отъезжающих и еще горсть евро сверху, а потом еще подарки.

Директор спа-центра Марьям не гнушалась ничем, немка роскошного размера одежды сказала, что накупила сувениров и теперь одежда не помещается в чемодан, и та радостно забрала чемодан одежды монументального размера, хотя ей они не подходили. Шампуни, гели для душа, пляжные шлепки она гребла мешками, если не давали сами, то намекала и выпрашивала. Одна женщина из России специально привезла сувениры в честь русско-египетской дружбы, и подарила мне и Марьям два диска Стаса Михайлова. Сборник и концерт. Марьям сначала при даме менялась со мной, где там песен побольше, это ей, а позже отняла у меня и второй диск. Какое счастье.

Такая черта характера должна была рано или поздно сыграть нам на руку. 

Криминальная развязка

И действительно, однажды, после моего ухода с работы, вечером, Марьям сидела на моем месте и стала продавать туристам супер-проф-уходовую косметику, на которой работают в нашем спа. Ее можно было купить у нас отдельно, но это никому не приходило в голову. Потому что в ближайшей аптеке она стоила сто рублей, а у нас десять евро. Марьям убедила пожилую немку, что та вышла после спа неузнаваемой молодой девушкой, всплескивала руками, спрашивала, где же та почтенная дама. Что за девчушка вместо нее. Но у распаренной дамы не было денег. Марьям вручила ей 4 банки и сказала занести деньги завтра. После работы Марьям сходила в аптеку, купила 4 банки и поставила на полочку в спа, будто ничего и не было.

Процесс продажи увидела Хеба. Наутро я была в курсе и наготове. Обычно я всегда абстрагировалась от происходящего, когда что-то приносили, просили передать менеджеру, начальнику, письмо, конверт, деньги, посылку, я просто передавала и не задавала вопросов. Я крайне нелюбопытна в чужих делах. И Марьям это знала. Но тут мы разыграли спектакль.

Мужчина принес мне 40 евро и сказал, что это той главной девушке. Я сделала вид, что я тоже пробка и не понимаю, чой-то вы мне тут суёте, это кому? Какой девушке? С хвостом и крестом? Нательным большим золотым на шее, да? Остальные у нас в офисе были мусульмане, так что тут не прогадаешь. А что это? Сколько тут? Сколько-сколько? Говорите громче! А за что? Крем? Какой? Когда, вчера? Сколько банок? Ага, поняли, спасибо большое. Ах, какая незадача, Хеба невдалеке с включенной записью на телефоне стояла. 

Но все оказалось не так просто. Хеба тут же вызвонила менеджера. Мистер Хасан, помните, единственный без чемоданного гипноза? Пришли директора, прямо весь совет. Диван то есть. Марьям успела врезать мне, орала, что относилась ко мне, как к младшей сестре и так меня любила. Вот они, сестринские отношения в Египте. Дубасить палкой трижды в день — обязательное условие. Но я, человек-пунец с самыми красными щеками в мире уже тоже вопила, иначе меня не слышно было бы.

Нам не поверили. Но ее перевели в другой отель.

Или нам поверили, но газовый гипноз ее шикарного чемодана помешал вызвать полицию и уволить.

Читать еще истории о работе в египетском отеле.